Алексис Деларофф (Accor Hotels): «Гостиницы — это не хобби для богатых»
Открытые «под мероприятия» отели, квартиры посуточно, — индустрия гостеприимства в России развивается с национальным колоритом. Алексис Деларофф (Accor Hotels) рассказал, чем чреват такой подход.
Региональный директор Accor Hotels в России, Грузии и странах СНГ Алексис Деларофф впервые приехал в Россию в 1997 году, чтобы подготовить открытие отеля международного бренда. Обшарпанные советские гостиницы, сданные под офисы и магазины номера, грустный персонал. Г-н Деларофф признается, первые впечатления о гостиничной индустрии новой России были очень сильными:
Никогда не забуду такую картину. Я в составе группы поздно вечером заселяюсь в отель. Идем к лифтам, там сидит очень усталая — практически «без пульса» — женщина и спрашивает, не нужно ли нам сопровождение. Это было бы забавно, если бы не было грустно. Напугало ли меня это? Напротив, обрадовало: чтобы собрать с рынка все сливки, нужно было просто открыть нормальный гостиничный комплекс.
Алексис Деларофф отмечает, за последние 20 лет ситуация заметно изменилась. Однако проблемы в экономике России могут серьезно сказаться на темпах развития индустрии гостеприимства.
«Одеть» гостиницу в бренд
По международным меркам российский гостиничный бизнес еще не вырос из «коротких штанишек». Один из маркеров зрелости — количество отелей под международными брендами, на сегодня в России их немногим более 170. Алексис Деларофф уверен, рынок будет «взрослеть» и дальше, но с меньшими, чем прежде «скоростями».
— Экономический кризис и девальвация рубля очень сильно влияют на развитие новых объектов. В ближайшие три-пять лет темпы ввода замедлятся, но рынок будет развиваться. К примеру, Accor Hotels — сейчас мы первый оператор в России и второй по СНГ — ежегодно открывает от 5 до 10 отелей. Значит, только наша сеть через 10 лет будет насчитывать около 100 отелей, на сегодня их уже 50. Но на взрывной рост рынка рассчитывать не стоит.
Ресурсы сетей в разы превышают возможности локальных проектов. Значит ли это, что сети со временем вытеснят с рынка местные проекты?
— Сетевые гостиницы не могут, а часто и не претендуют на то, чтобы забрать весь рынок. Даже в США, где на сети приходится 80% рынка, остается место для семейного гостиничного бизнеса и отелей без бренда. Во Франции сетевые отели — это около 50% рынка, в Германии — еще меньше. Думаю, доля сетевиков будет нарастать, но очень медленно.
Чем определяется соотношение сетевых и несетевых отелей в том или ином регионе? Ментальность?
— Ментальность? Да, наверное, в этом есть доля правды. 20-25 лет назад, когда гостиничный бизнес только появился в России — «Интурист» не в счет, его трудно назвать бизнесом, крупные игроки заинтересовались брендами. Бизнесмены начали одеваться в Gucci, Dolce&Gabbana, Chanel, и для инвестиций им тоже нужен был бренд. И, думаю, это продолжается.
Однако не все, кто претендует на гостиничный бренд, могут себе это позволить. Это требует дополнительных инвестиций, очень качественного подхода к строительству и т.д. И, что в России и СНГ часто становится сдерживающим фактором, нужно отдавать бренду часть выручки. Сценарий, когда бизнесмен — строитель, жена — дизайнер, а сын потом управляет этим «на коленке» сделанным проектом, не редкость. Результаты, как правило, плачевны. В России еще нет 100%-ного понимания, что гостиничная отрасль — это бизнес, а не разновидность хобби для богатых.
Какой процент, как правило, инвесторы отдают сетям?
— От 5 до 10% выручки.
Рентабельность бизнеса за рубежом выше, чем в России?
— До девальвации рентабельность в России была даже лучше, чем в Европе. Срок возврата инвестиций в Европе — 15 лет, в России до кризиса — это 8-10 лет в регионах, в Москве, Питере — 7-9 лет. На сегодня нам самим сложно понять, о каких сроках идет речь. Предположу, что ориентироваться стоит на европейский уровень. Но мы не инвесторы — мы не строим отели, а управляем ими, поэтому у нас нет полной информации.
Девальвация рубля заставила вас корректировать цены?
— У нас динамическое ценообразование, которое может меняться даже несколько раз за день. Иногда мы действительно играли с ценами, для того чтобы привлечь гостя. Но сегодня дело не в цене, а в том, что снизился сам поток. И это объективный акт: когда нет гостей, их просто нет, даже если номер им дать бесплатно.
Для многих отраслей 2016-й стал годом восстановления. Это утверждение справедливо для гостиничного бизнеса?
— Да, но надо четко отделить Москву, Питер от прочих городов. В регионах нет однородного тренда, многое зависит от того, что происходит в самом городе. Для Москвы, Питера, Сочи 2016-й был очень хорошим годом, гораздо лучше, чем 2015-й. И 2017-й должен быть не хуже.
Основной гость отелей в России — это по-прежнему бизнес-турист?
— В среднем по стране да, но есть редкие исключения. В Питере, например, доля туристов, которые приезжают смотреть город, — 60%. Однако в целом средняя загрузка региональных отелей в России значительно ниже, чем в Европе. Не хочу обижать Красноярск, но, в отличие от Зальцбурга, в нем почти нет достопримечательностей, которые могут заинтересовать туриста.
Как изменился ваш гость в условиях новой экономической реальности?
— Глобальных перемен нет. Это бизнес-турист, который на пару дней приезжает в регион в командировку. В регионах более 90% гостей — это россияне. В Москве иностранных туристов и бизнесменов становится все меньше, но каждый год увеличивается доля россиян. В среднем на сегодня почти 70% гостей — это российские бизнес-туристы и туристы, в 2007 году этот показатель был в районе 45-50%.
Есть какая-то динамика с течением времени — региональные города становятся больше интересным иностранным туристам и россиянам?
— Россиянам, безусловно. Это видно по таким направлениям, как Ярославль, Калининград, Сочи. За последние два-три года количество туристов в этих городах значительно выросло. Это явно ощущается в Москве и Питере, которые инвестируют в свою туристическую привлекательность. И результаты налицо: загрузка отелей довольно высокая. Это, конечно, не уровень Парижа и Лондона, но показатель 70% в среднем по году — это хороший результат.
Что нужно, чтобы в регионы России поехал иностранный турист?
— Должна быть инфраструктура: это и дороги, и доступность достопримечательностей, и туристические маршруты. Нет базы, элементарных вещей. Турист приезжает или прилетает в Красноярск: где ему арендовать машину? В Европе или Штатах это можно сделать и на вокзале, и в аэропорту. В России такой возможности просто нет.
Отель online
За последние годы конкурентное поле гостиничного рынка сильно изменилось. За гостя отели и другие формы размещения — хостелы, частные квартиры внаем — конкурируют не только между собой, но и с онлайн-сервисами бронирования.
— Любой отель для нас — это конкурент. Будь то другой международный или какой-то местный бренд, у которого есть гостиничная инфраструктура и возможность продавать номера по очень низкой цене. Рынком это востребовано. Такие отели наши конкуренты по бренду ibis, но не по брендам Novotel или Mercure, которые ориентированы на другую категорию гостей. Апартаменты тоже в какой-то мере конкурент, но все меньше и меньше. Чем взрослее рынок, тем разборчивее клиент.
Онлайн-сервисы бронирования вам конкуренты?
— Booking.com действительно забирает определенную долю рынка. Это связано с тем, что сервис сумел создать очень узнаваемый бренд для системы бронирования, а гостиничные операторы не сумели. Почему? Потому что это очень дорого. Задачи сети гораздо шире, чем задачи Booking.com, который является не более чем посредником между клиентом и гостиницей.
Если мы в целом по сети на продвижение нашей системы бронирования и узнаваемость наших брендов тратим порядка 20-25 млн евро, то Booking.com на те же цели тратит 250 млн евро в год. Борьба неравная, но мы ее проигрываем лишь частично.
В Европе ваши позиции сильнее?
— Да. В частности, во Франции — это наша колыбель, у нас там более тысячи отелей — на Booking.comидет гораздо меньше клиентов. Они бронируют гостиницу напрямую — на Ibis.com или Novotel.com, потому что знают бренды. В то же время мы научились правильно пользоваться площадкой Booking.com. Когда в гостинице или городе высокая загрузка, этот инструмент нам просто не нужен — мы отключаем возможность бронирования через посредника.
Какая доля бронирования приходится на Booking.com в России и за рубежом?
— Цифры не по компании, а по рынку в целом. В России за Booking.com 70% рынка, это фактически монополист. В Европе сервис менее сильный, но поскольку гостиниц и клиентов там больше, то и денег Booking.com зарабатывает больше.
Airbnb.com также ваш конкурент в России?
— На данном этапе, когда компания закрыла офис в России, не могу назвать ее конкурентом. Для того чтобы позиция Airbnb.com была сильной, нужно несколько факторов — высокая туристическая привлекательность; открытость региона, в частности, упрощенное оформление виз; безопасность — это особенно важно для иностранных туристов. Гостиница помимо дополнительной инфраструктуры и переводчиков в виде ресепшеностов, это дает.
Как новые технологии меняют гостиничную индустрию — какие возможности уже есть, что в перспективе?
— Бронирование через мобильный, которого три-четыре года назад фактически не было, растет бешеными темпами — на 10-30% ежегодно. Доля еще не так велика, но это будущее индустрии, и не только гостиничной. Уже давно по средствам мобильного доступны экспресс-chek-in, экспресс-chek-out. В России этой возможностью пользуется 20-25% гостей.
Сейчас разрабатываем приложения, через которые гость сможет общаться с персоналом, заказывать рум-сервис, обратить внимание на какие-то недочеты в работе отеля.
Не бизнес, а понты
Один из драйверов гостиничного рынка России — чемпионат мира по футболу 2018 года. Несколько отелей под международными брендами должны появиться в принимающих соревнования городах — Нижнем Новгороде, Ростове-на-Дону, Самаре, Саранске. По мнению г-на Делароффа, открытие объектов «под мероприятия» — ошибочная с точки зрения бизнеса стратегия. Однако в России она срабатывает.
— Поначалу решения об открытии отелей принимались просто — мы шли в города-миллионники, в которых не было брендовых гостиниц. Потом начали рассматривать города поменьше. К примеру, Калининград и Ярославль — не миллионники, но у них есть редкий для России туристический потенциал. Сегодня нам интересны города, в которых развивается бизнес, и при этом невысокая конкуренция на гостиничном рынке.
Руководствуясь этими аргументами, мы подписали договор в Благовещенске. В этом русле планируем работать дальше. Когда в городе-миллионнике открылось два-три международных отеля, запускать третий-четвертый очень тяжело. Или надо открывать формат, которого в городе еще нет.
Например, в Красноярске нет «пятерки». Ее стоит открыть только потому, что ниша свободна?
— На мой взгляд, такое решение — это больше «понты», а не бизнес. В регионах нет покупательной способности, для того чтобы пятизвездочный отель на 150 номеров мог давать нормальную цену и показывать хорошую загрузку. В Екатеринбурге открылся Hyatt на 320 номеров. Размещение в нем продается по цене отеля 3+, 4 звезды. О каком возврате инвестиций может идти речь?
Один из трендов — открытие отелей под мероприятия, Олимпиаду, Универсиаду, чемпионат мира по футболу. Эта стратегия имеет право на жизнь в России?
— В России, возможно. Но с точки зрения бизнеса это неправильный подход. Мероприятия длятся максимум две недели, и после их окончания отель не разберешь по кирпичикам и не перевезешь в другой город. Поэтому если в регионе нет бизнес-туристов или обычных туристов, инвестор разорится. Но для России это действительно повод улучшать инфраструктуру, инвестиции в которую не приходили в последние 50 лет.
Группа Accor Hotels этими поводами руководствуется?
— Мы не бенефициар, поэтому вопрос не совсем верный. Если бы не было чемпионата мира по футболу, об открытии гостиницы в Саранске мы бы задумались не скоро. Но пришел инвестор, и мы согласились. Так же было в Сочи. Скажу честно, в этот проект лично я не верил, но оказалось, что зря. В Москве, например, у нас 16 отелей, и здесь не инвесторы приходят к нам, а, наоборот, мы их ищем.
Когда инвестор пригласил вас в Красноярск, вы сразу планировали запустить два бренда?
— Да. Думаю, для региона такой формат — ibis, Novotel — идеальный вариант. Один объект закрывает все нужды города, что позволяет нам фактически захватить весь рынок: выдерживать конкуренцию и с небольшими премиальными отелями, и с советскими гостиницами.
Вы довольны работой своих проектов в Красноярске?
— Говорить об этом преждевременно. В регионах гостиница становится на ноги за три-четыре года, в Красноярске мы работаем с ноября 2015-го. Но результаты этого года обнадеживают. Рассчитываем, что и в Красноярске сможем выйти на хорошую для регионов загрузку в 55-60%.
Чем принципиально отличается ведение бизнеса в столицах и регионах?
— В регионах международный отель — это важный объект инфраструктуры. Поэтому связи между администрацией города или региона и отелем более тесные: гораздо больше клиентов, чем в Москве, приходит через эти каналы. Это может быть как плюсом, так и минусом. Пожалуй, это единственный нюанс.
Фото в материале: Алина Ковригина.
Инфографика: Сергей Чистоусов.
Поделиться
Качество жизни
| Мнения
| ВИКИ — биографии персон и справки о компаниях
| ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Самое читаемое
Ян Габинский объявлен в международный розыск 
Число зараженных смартфонов в России в первом полугодии 2026 года выросло на 70% 
Перевозчики поднимут цены, если ситуация с топливом в РФ не наладится 
Еще стресс или уже кризис? Эксперты — о состоянии финансовой системы РФ 
Новые правила роста. Где бизнес находит опору в 2026 г.