Подписаться
Курс ЦБ на 22.10
63,76
71,16
Деловой квартал / Новости / Ирина Богушевская: «Мне вовремя дали волшебный пендель»
Ирина Богушевская: «Мне вовремя дали волшебный пендель»
Источник: Предоставлено организаторами

Ирина Богушевская: «Мне вовремя дали волшебный пендель»

Самое читаемое
  • 11 компаний Екатеринбурга получили «народную» премию. Кто они? 11 компаний Екатеринбурга получили «народную» премию. Кто они?
  • Сквозь снег и гололед. Лучшие кроссоверы для российской зимы Сквозь снег и гололед. Лучшие кроссоверы для российской зимы
  • «Происходит абсолютная несусветная глупость». Глава «Яндекса» — о регуляторных инициативах «Происходит абсолютная несусветная глупость». Глава «Яндекса» — о регуляторных инициат...
  • Кредит от 1%. Сбербанк хочет заманить ипотечных клиентов скидкой за счет застройщика Кредит от 1%. Сбербанк хочет заманить ипотечных клиентов скидкой за счет застройщика
  • «Благотворителя не найти, поляна поделена». В городе не будет студии для детей с аутизмом «Благотворителя не найти, поляна поделена». В городе не будет студии для детей с аутизмом
16:08   04.10.2019

С Ириной Богушевской можно разговаривать часами. Для «Делового квартала» певица чуть приоткрыла «кухню» профессии: как отказаться от «костыля» работы по найму и сделать хобби своей жизнью.

Когда заходит речь о гонорарах артистов, ценах на билеты, часто вспоминают расхожую максиму «Художник должен быть голодным»…

— Да, популярная позиция, которую, мне кажется, толкуют таким лобовым прямолинейным способом. А на самом деле она про то, что художник должен быть голодным до жизни, до впечатлений, до чувств и эмоций. Если автор этого наелся, мы сразу видим, как творец в нем кончается. Для меня сейчас эта тема очень горячая, я даже села писать книжку про сонграйтинг.

Есть такое прекрасное английское выражение singer-songwriter, оно не переводится на русский язык абсолютно точно: это тот, кто сам себе пишет песни. Не бард, не автор-исполнитель, хотя это практически калька, ни поэт-песенник – переводы не дают точного представления об этой профессии. По именам – Боб Дилан, Джонни Митчел, Леонард Коэн, Стинг называет себя сонграйтером. И я много занимаюсь вопросами того, что по-английски красиво называется writer’s block, по-русски хорошего перевода нет — «писательский затык» или, как Марта Кетро предложила назвать его, пистык. Потому что когда он наступает – это катастрофа, настоящая катастрофа. Об этом и Стинг говорил в своей лекции на TedX, Джордж Мартин, по книге которого снята «Игра престолов», жаловался на то, что это происходит регулярно. Вообще в нашем цеху про пистык говорить не любят, потому что это самый кошмарный сон.

Идея книги возникла после вопросов зрителей на концертах. Мой любимый: что появляется раньше – музыка или стихи? Часто спрашивают, как найти свою фишку; как поверить в себя; как понять, что ты пишешь хорошую музыку и стихи… Оля Арефьева недавно написала на Фейсбуке огромный пост о том, как в юности ей не с кем было обсудить свои песни, не с чем было сравнивать, делает она что-то стоящее или нет?

И я начала писать про это все на своем примере, потом меня как Остапа понесло, я пошла на курс сонграйтинга, есть такой легендарный колледж Беркли, где учились лучшие джазовые музыканты, там есть онлайн-курс, ведет его некий Пэт Пэттисон (www.patpattison.com), автор прекрасных песен, его ученики получают Грэмми.

 

Курс о том, как «писать без затыков»?

— Не совсем. Когда ты молод и из тебя брызжет, важно, скорее, как писать, и веер возможностей: чтобы самовыражаться; чтобы заполучить человека, который тебе нравится; или ты хочешь прославиться и заработать все деньги мира. В зависимости от этого ты работаешь в каком-то направлении.

Когда я училась в университете, у меня даже мысли не возникало о том, что мои песни нужны еще кому-то. Потом был театр МГУ, где я начала их петь со сцены, и выяснилось, что люди откликаются, что им это зачем-то нужно. Но только когда я написала песню «Рио-рита», поняла, что делаю что-то настоящее, что это уже не хобби. До этого момента было все как-то так-сяк, я выясняла отношения с собой, с дорогим мирозданием, а потом поняла, что мне дали огромный аванс, который надо отрабатывать.

 

Рио-Рита 

 

Хочется системно упорядочить свои ощущения. И еще немножко спасти русский язык. Сейчас очень много народу пишет тексты, песни, и многие делают это так, что мне прямо уши царапает.

Периодически встречаю страшные дискуссии о феминитивах, возмущение, как можно говорить «авторка», «режиссерка», при этом официантка и студентка никого не смущают. Есть языковая игра, есть ситуации, когда язык адаптирует какие-то новации, появляются и исчезают в никуда чмоки, вкусняшки, ухтышки. А есть грубое нарушение базовых конструкций, язык – это очень строгая конструкция. Мне в одной книжке встретилось выражение: ее рот был окружен алыми губами. Я аж подпрыгнула: как это???

Чаще всего такие вещи встречаются в поп-музыке. Есть прекрасная Полина Гагарина, которую я очень люблю, и у нее в одном из хитов: «Мы стали выше головы». Мы не можем стать выше головы, мы можем прыгнуть выше головы, а стать — технически невозможно, разве что встать на уши, но это уже совсем другая история. И человек, который это написал, искренне не понимает, что так не говорят. Такая вот языковая глухота.

 

Красноярск – это особый город в моей творческой судьбе. Альбом «Нежные вещи» вышел благодаря компании «Енисейтелеком», которая полностью оплатила производство. Как только мы получили деньги, сразу же засели в студию, писали, вообще забыв про форматы – как на душу легло. И он оказался едва ли не самым удачным: с него начались большие залы, гастроли.

 

Короче, у меня накопилось! Я пишу тексты, песни, мелодии, аранжировки, перевожу, много лет ставила песни, работая диджеем на радио, поскольку мы сами программировали эфир, отслушивала тонны музыки. Что я еще делала с песнями? Рассказывала о них в интервью, сама брала интервью. Хочу теперь поговорить с прекрасными отечественными сонграйтерами о том, как они это делают. Мне страшно нравится, как работает с языком Катя Айова, она очень свободна в музыке и в языке, у нее очень образные тексты. Есть прекрасная Маша Чайковская. Есть Оля Арефьева и БГ, которого причисляют к рокерам, но он гораздо богаче. У меня целый список лежит, с кем хочется все это обсудить.

 

Тот самый момент, когда вы поняли, что хобби будет основным занятием в жизни, — насколько легко психологически он вам дался? Уйти из «зоны комфорта» в свободное плавание?

— Мне дали волшебный пендель, в этом смысле повезло. Я планировала как: заканчиваю философский факультет, буду, скорее всего, преподавать историю философии где-нибудь – в идеале актерам или музыкантам, ну или старшеклассникам. И буду как Никитины: днем науку толкают, а вечером поют. Я совершенно не представляла, что значит, заниматься музыкой профессионально, и сколько сил это забирает: все, что есть. Музыкальный проект – это вся твоя жизнь, и когда немножко останавливаешься, тебя сносит.

У меня был театр МГУ, потом в 90-е диджейство, чтобы зарабатывать деньги, плюс работа на музыкальном радио. А вечерами я играла концерты. Потом на одной радиостанции меня невзлюбила редакторша, начала ко мне страшно придираться, и когда я пошла к начальству говорить, что меня здесь бьют ногами, сделайте что-нибудь, и поняла, что защищать меня не будут, ушла в никуда.

Это и стало волшебным пенделем. Надо будет найти эту редакторшу и подарить бутылку шампанского, я ей очень благодарна. Иначе так бы и ходила с этим костылем. Когда есть профессия, которая держит на плаву, дает стабильный заработок, ты не свободен. Ходить ходишь, а бежать не можешь, а взлететь тем более.

 

Сейчас взлетаете?

— Летаю, но «низэнько». Сейчас не самый легкий момент в проекте, базовая причина в том, что в последние шесть лет я была сильно занята своей несчастливой личной жизнью, а тут надо грести, грести и грести. Я ужасные себе вещи позволяю – уйти на три месяца из соцсетей, если сижу и пишу. А этого делать нельзя, ты должен фигачить, возить как ишак свою тележку каждый день. Мы давно не записывались, хотя надо, у нас накопился вагон новых песен, но это затратное дело – к слову о голодных художниках. Не узнавала, какие расценки в этом году, но в прошлом мы намониторили какие-то чудовищные цифры.

Да что там: проект «Детская площадка» — двадцать трех-, четырехминутных песен стоили в производстве миллион двести еще старыми, «докрымскими» рублями при курсе доллара 28-32 максимум!

Бывает, срываются гастроли из-за того, что музыканты заняты в других проектах. Есть пул артистов – Стас Михайлов, Баста, Лепс, Елка, которые могут себе позволить взять музыкантов на зарплату, я не могу. Поэтому они всегда где-то играют. И когда такое происходит, я начинаю думать: фонограмма и балет! В конце концов, если танцор подвернул ногу, никто и не заметит, сколько их там в кордебалете – пять или шесть. А у нас беда в том, что один не может – и вся музыка сломалась. Взять другого музыканта на замену – это значит, подготовить его. Ребята, с которыми я сейчас езжу, со мной 15 лет, Денис, гитарист — 4 года. Вместе они играют порядка 100 песен, со Светой, пианисткой, можем сыграть где-то 250.

 

Один из красноярских друзей – Александр Рыжов, мы часто переписываемся. Это специалист если не мирового масштаба, то как минимум один из лучших промоутеров в России.

 

Помню, сломала руку, но мы не стали отменять концерт в Доме кино, украсили мой гипс бранзулетками какими-то и спели песню про зайцев. Ее знали все, она на слуху. В моих песнях есть сложные гармонические ходы, паузы, это надо репетировать, и это тоже деньги – за аренду репетиционной базы.

И всякий раз, когда я думаю про фонограмму и балет, понимаю, что не получится: это дворцы спорта, плазменные экраны, это другой жанр, мы играем совсем иную музыку.

 

Мы живем в открытом мире, есть интернет, пираты и презрение к интеллектуальной собственности, и зарабатывать продажей альбомов, наверное, сложно?

— Пик ситуации, когда было невозможно зарабатывать альбомами, прошел лет пять назад, когда действительно мы все были в растерянности: ты сегодня это выпустил, оно завтра ушло в народ. И артисты вынуждены бесконечно мотаться по гастролям.

Мне кажется несколько последних лет выровняли ситуацию. В Штатах, например, вышел концерт Арианды Гранде, и в первый день – полтора миллиона скачиваний, небесплатных. Даже по доллару – это огромные деньги. И у нас тоже растет уважение к исполнительскому труду.

Торренты остались, это страшное зло, есть люди, которые принципиально не платят. Считаю, что это такое быдлячество, гопничество. У меня весь софт в компьютере легальный, купленный за деньги, подписки на Нетфликс, Амедиатеку, другие ресурсы. Это и собственное спокойствие и надежда, что сейчас я заплачу деньги авторам, а потом кто-то заплатит мне.

Мне везет с публикой: люди часто пишут: «Когда выйдет новый альбом? Мы хотим его купить». Это кредитоспособная публика с высоким уровнем этичности.

 

Ваш последний пока альбом «Куклы» показался мне довольно мрачным…

— Да, он таким и задумывался! Ели бы у меня стояла задача проиллюстрировать моэмовскую книжку «Бремя страстей человеческих», то альбом подошел бы идеально. «Зависть», «Гнев», «Песня одинокой матери», песня «Балчуг и Арбат», после которой я просто в клочья, спела ее на концертах несколько раз и больше не буду.

«Не мы играем музыку – она играет в нас» — это все из жизни, based on true story.

Была осень, уже не помню, какого года, я сильно простудилась, гайморит, отит, но, чтобы никого не подводить, мы не отменяли концерты. И к началу января после заказника в Палермо я уже совершенно больная приехала на гастроли в Ригу. Меня три дня таскали к фониатору, делали горячие уколы в связки – когда тонкой иглой пшикают адреналин. И вдруг на концерте, во втором отделении ребята заиграли «Шелк», а у меня из горла выходит сип…

Мы начали заново, и от ужаса, на адреналине, я допела еще сорок минут, но потом рухнула за кулисами и сказала: простите, парни, концертов больше не будет.

После этой истории я совершенно осознанно решила собрать все боли и разочарования в одну корзинку, записать и забыть напрочь, убрать из своей жизни.

И это сработало!

Мы сейчас играем «Ловушки», потому что это все-таки бодрая песня, и «Куклы» — хорошая выходная ария. Она все-таки, хоть и очень отчаянная, но про то, что музыка – это тяжелый, горький и прекрасный хлеб. Этот особый момент единения с залом – когда у вас «всё было» — это мой наркотик, я на нем торчу.

 

Куклы 

 

Автор: Наталья Кобец

Система Orphus
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter.

Новости

Салют — всё. Кинотеатр закроют, здание отдадут детям Салют — всё. Кинотеатр закроют, здание отдадут детям
Москва готова выделить деньги на реставрацию екатеринбургских памятников культуры
Откровенно о бизнесе: 25 октября в Екатеринбурге пройдет Global Business Forum
Кредит от 1%. Сбербанк хочет заманить ипотечных клиентов скидкой за счет застройщика
«Благотворителя не найти, поляна поделена». В городе не будет студии для детей с аутизмом
«Один из самых талантливых IT-специалистов сидит за решеткой вместо того, чтобы работать»
«Вынуждают не высовываться либо идти против всех». Ответ психолога на инициативу школ

Бизнес

Елена Тулупова: «Мы производим не просто украшения — это настоящие семейные ценности» Елена Тулупова: «Мы производим не просто украшения — это настоящие семейные ценности»
«Все меры направлены на закрытие предприятия. И 90 дней приостановки мы не переживем»
«Отец сказал: я хочу, чтобы ты зарабатывал сам. И предложил идею», — Тимофей Алтушкин
«Мы вносим свой вклад в развитие дорожного хозяйства региона»
Если менеджер ставит в резюме фото на фоне пивного завода – стоит ли такого брать? / Кейс
«Частная медицина — это не тот бизнес, который сделает из предпринимателя миллиардера»
«Уральский предприниматель живучий». О чем говорили в кулуарах премии «Человек года»

Свое дело

«Мы идем против системы», — Руслан Гилязов, «Мозгобойня» / ВИДЕО «Мы идем против системы», — Руслан Гилязов, «Мозгобойня» / ВИДЕО
«Завод просто не бросишь, деньги со счета не снимешь». Честная изнанка реального бизнеса
«Нет таких стран, где мало денег». Как уральский производитель конкурирует со всем миром
«Перевозить легко, налоги не нужны, а доход за 10 лет — 100%». Инвестиции в бриллианты
«Маленькое хобби может перерасти в небольшое дело, а потом — в стабильный бизнес»
«День за днем нам клевали мозг: это пережитки детства, на квартиру этим не заработаешь»
«Если бы сейчас начинали бизнес, ничего бы не вышло». Опыт кофейни «Французский пекарь»

Качество жизни

Мелике Алтынышик: «Мой стиль — на пересечении природы, архитектуры и технологий» Мелике Алтынышик: «Мой стиль — на пересечении природы, архитектуры и технологий»
«Раньше к нам ходили чиновники и крупные бизнесмены». Как изменились кабаре в 21 веке
«Протеиновые батончики и спортивное печенье — это просто хороший маркетинговый ход»
«Умные люди хуже размножаются. К сожалению, уровень интеллекта человечества будет падать»
Баллы за активность меняем на скидки: Екатеринбург захватывают новые страховые продукты
«Твоя задача — быстрее наливать». Почему Bla Bla Bar взлетит на Урале: экономика проекта
Современные подростки не дерутся в школах и не интересуются сексом

Мнения

«Давайте будем честными — ЕНВД для России смертельно опасный недуг, он расслабляет бизнес» «Давайте будем честными — ЕНВД для России смертельно опасный недуг, он расслабляет бизнес»
«Мы, дети 90-х, научились игнорировать страх. И мы выжили. Но мир по-прежнему опасен»
«Они могущественные, но неповоротливые. И этим надо пользоваться». Как одолеть федералов?
Громкие провалы на загородном рынке Урала. Почему федеральные проекты-гиганты не взлетели?
«Людям пора смириться, что 90-е прошли». Поможет ли налог для самозанятых выйти из тени?
«Многие бизнесы работают в ноль, нет других перспектив. Не все могут пойти в чиновники»
«Если вы ничего не можете сделать — грызите палочку»

Лайфхаки

«Я взломал свой сон и вес». Как контролировать свою жизнь и здоровье простыми методами «Я взломал свой сон и вес». Как контролировать свою жизнь и здоровье простыми методами
Сергей Галицкий: «С бизнесом все, и мне это нравится. Я занимаюсь молодыми ребятами»
Алена Владимирская: «Фарт любит фартовых. Один яркий проект, и вы нужны всем»
Сквозь снег и гололед. Лучшие кроссоверы для российской зимы
Бизнес провален, пора на работу. Стоит ли брать в компанию бывшего предпринимателя
Секс-скандалы и высокие ожидания. Почему крупнейшие гендиректора массово уходят в отставку
Нерабочее настроение: как справиться с делами, если несколько дней вы не делали ничего

Интернет-аукцион

Наверх
Чтобы пользоваться всеми сервисами сайта, необходимо авторизоваться или пройти регистрацию.
  • вспомнить пароль
Вы можете войти через форму авторизации зарегистрироваться
Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
  • Укажите ваше имя
  • Укажите вашу фамилию
  • Укажите E-mail, мы вышлем запрос подтверждения
  • Не менее 5 символов
Если вы не хотите вводить пароль, система автоматически сгенерирует его и вышлет на указанный e-mail.
Я принимаю условия Пользовательского соглашения и даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
Вы можете войти через форму авторизации
Самое важное о бизнесе.
Читайте лучшие публикации каждое утро. Подпишитесь на рассылку «Делового квартала».
Я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.