Рынок покупателя стал рынком продавца

 

 

 

 

 

 

Уникальный — слово, которое лучше всего характеризует 2020 год в автобизнесе. Все прошлые кризисы развивались по одному сценарию: отсутствие трафика при жестком пушинге со стороны дистрибьюторов по отгрузкам и продажам авто. Поэтому что в 2008-м, что в 2014-м склады дилеров были перегружены, оборотных средств не хватало, а обязательства перед импортерами висели дамокловым мечом. Этот год стал для автобизнеса шоковой терапией и — парадокс — оздоровил рынок, но к этому итогу дилеры пришли через «американские горки».

 

Четкое ощущение новой реальности наступило в конце марта: тотальный локдаун стал триггером к пониманию экстраординарности происходящего. Однозначно это был шок, но не ступор — включились внутренние резервы и готовность работать 24/7. Дилерские центры закрыты, сотрудники сидят дома, а жизнь превратилась в сплошной Zoom; было странно, непонятно. И это на фоне кучи обязательств: сотрудники, аренда, банки, поставщики, контрагенты — по большинству фронтов мы кому-то что-то должны. Векторы призрачного будущего виделись разными, вплоть до необходимости сократить компанию и команду в 10 раз, чтобы потом, когда позволят обстоятельства, воссоздать ее снова. 

 

Главное, что сделали в этот период, — очень сильно ужались. Это было своевременно и правильно. Даже сейчас, понимая, как будут развиваться события, не стал бы делать по-другому. Уникальный опыт — скорость изменений бизнес-процессов внутри компании. То, что оттачивалось годами, было полностью перестроено за неделю. Глобальной перестройки потребовало и поэтапное возобновление работы. Как официальные дилеры, мы работаем по прописанным механизмам и бизнес-схемам, правильным и удобным. Новая реальность потребовала поменять их на неудобный и неправильный — как пример, обслуживание клиентов с черного входа, но единственно разрешенный формат ведения бизнеса. Ограничили посещаемость дилерских центров, входить можно было буквально по одному. Маски, перчатки, антисептики стали новой нормой. Еще до введения обязательных регламентов изготовили защитные экраны для сотрудников, а документы и ключи начали передавать в исключающих прямой контакт лоточках. 

 

Казавшиеся поначалу популистскими слова и обещания власти переросли в реальные действия. Часто звучит вопрос: «Кто этот бизнес, получивший помощь?» Это мы! Во многом это заслуга ассоциации «Российские автомобильные дилеры», сумевшей доказать Минпромторгу, что автобизнес — это не только производство, но и дилеры, которых до этого власти как бы не замечали. Первый раз с 90-х годов о дилерах и необходимости им помочь упомянул президент. Автобизнес был отнесен к наиболее пострадавшим отраслям — и это краеугольная мера. По моим данным, примерно половина отрасли получила господдержку. Пример нашей компании — мы попали под большинство программ: прямые субсидии, кредит под 2 %, уменьшение налогообложения по ФОТ. Конечно, это далеко не основные затраты компании, но такая поддержка перекрыла падение апреля-июня и помогла бизнесу пережить сложный период. К слову, и на местном уровне произошла консолидация отрасли. Участники рынка написали ряд писем и краевой, и городской власти. Я эту работу координировал. 

 

Стоит отдать должное и импортерам, которые тоже несли колоссальные потери. Это не только ежедневная коммуникация, но и реальная помощь дилерам в виде отсрочек по оплате за товар, выплаченных с опережением бонусов и компенсаций. Импортеры понимали: если умрет эта дилерская сеть, другой не будет, и делали все возможное, чтобы сохранить костяк дилеров. 

 

К июню, когда рубль упал и люди традиционно начали спасать свои сбережения, скупая товары, рынок подошел с жесточайшим дефицитом авто. Из-за нарушенных в пандемию цепочек производства и логистики объем поставок не только автомобилей, но и комплектующих сократился в разы. И именно это сломало многолетнюю парадоксальную практику, когда продажа автомобилей не приносила дилерам доход и часто приводила к прямому убытку. В новой реальности автобизнесу не нужно было заниматься безумным демпингом и сливами авто с целью освободиться от прессинга гигантских складов. Парадигма поменялась — рынок покупателя, как по мановению волшебной палочки, стал рынком продавца. Дилеры, многие из которых закрылись весной с жесточайшими убытками и всерьез думали о полном сворачивании бизнеса, наконец стали зарабатывать не только на сервисе и агентских вознаграждениях, но и на продажах машин. В моменте для рынка это безусловный плюс. В долгосрочной же перспективе, скорее, минус: автобизнес вновь рискует наступить на грабли перепроизводства. Количество работающих сегодня дилерских центров рассчитано на продажи 5 млн новых автомобилей в год. По факту же третий год подряд объем рынка — 1,5 млн новых авто. 

 

Для «СИАЛАВТО» 2020-й во многом стал годом возможностей. Достраиваем новый дилерский центр KIA в Красноярске, получили официальное дилерство по бренду Renault в Абакане — открытие центра в следующем году. Плюс есть планы по дальнейшему присутствию в столице Хакасии. Получили дилерство по китайской марке CHANGAN. Серьезно нарастили сервисное направление. Эти шаги и позволили бизнесу остаться на уровне показателей прошлого года — и это с учетом весенних провалов и дефицита автомобилей. 

 

После пережитого в 2020-м любой прогноз — дело более чем неблагодарное. Планируем следующий год очень осторожно и не ждем роста. Предполагаем, что объем рынка будет на уровне текущего года, возможно, чуть меньше. Чтобы компенсировать это, сфокусируемся на собственном развитии.