Чувство вины, пожалуй, один из самых частых запросов, с которым родители приходят к психологу. Как быть хорошим отцом или матерью и не позволять собственному травматичному опыту брать верх?
Один из самых популярных мемов в социальных сетях — противопоставление детства поколения нынешних 40-летних и современных подростков.
Ребенок разбивает коленку. Родитель 40 лет назад: «Не ной, до свадьбы заживет». Родитель сейчас: «Срочно едем делать МРТ». Ребенок тогда: Дядя Федор из Простоквашино, самостоятельный с раннего возраста человек с ключиком на шее и каникулами в деревне. Ребенок сейчас: каникулы на море, сидит в номере отеля в телефоне.
Сюжеты могут быть разными, но вывод всегда один: если прошлое поколение получило суровый опыт выживания, то нынешнее — экстремальный максимум заботы. При этом современные родители, кажется, испытывают постоянное чувство вины, если не могут дать все самое лучшее сразу.
Действительно ли это так? Разбираемся с нашим экспертом.
Олеся Волкова, доктор психологических наук, доцент, директор Института педагогики, психологии и социологии Сибирского федерального университета, основатель «Психологической мастерской Олеси Волковой» и клуба «Достаточно хороших родителей»
Информационное поле транслирует, что сейчас у родителей чувство вины гораздо более глубокое и распространенное, чем раньше. Это не совсем так. Вероятно, оно более заметно проявляется в поведении и в деятельности, чем у родителей нынешнего поколения 40-летних. Сейчас мы мечтаем стать идеальными для своих детей. Так было и раньше, и наши мамы и папы хотели быть самыми лучшими.
При этом многие процессы в системе детско-родительских отношений действительно построены через призму родительской вины.
Мы все вырастаем в неких отношениях, которые могут быть многогранными и протекать на разных уровнях. И часть из них могут сформировать это самое чувство вины.
Многие помнят свой травматичный опыт, когда чего-то в детстве очень сильно не хватало: кому-то любви, кому-то материального достатка, свободы, признания. Поэтому часть родителей стремится дать собственному ребенку то, в чем был сильный дефицит у них самих в детстве, иногда не замечая, что дочке, например, новые джинсы не так и нужны, а вот объятья и ласка — очень даже.
Многие современные родители на самом деле очень тревожны и стремятся предугадать и заранее решить любую проблему, на каждый чих или жалобу предпринимают гораздо больше действий, чем родители в прежние годы. Но объясняется это скорее не чувством вины, а общим тревожным настроением, связанным со спецификой событий современного мира. Скажем, лет сорок назад жизнь была более предсказуемой, у людей было чувство, что они могут планировать будущее. Сейчас жизнь абсолютно непредсказуема, мы не знаем, что будет завтра. Люди в целом более тревожны, и родители не исключение.
Отношение к жизни меняется от поколения к поколению, и подходы к воспитанию тоже. Сейчас ценность детской жизни очень высока, и общество более детоцентрично, чем раньше.
Этому способствует и популярная литература по воспитанию, и различные педагогические течения. Плюс ко всему все больше говорится о том, что проблемы взрослых часто связаны со спецификой проживания ранних лет. Я регулярно встречаю оценивающие суждения, о том, что сейчас родители не дотягивают до идеала. Это транслируют образовательные учреждения, лидеры мнений, блогеры.
Вдобавок происходит постоянное сравнение с каким-то условным эталоном родительской роли — получается не вполне здоровая позиция. Если человек с раннего детства считает, что от него зависит больше, чем на самом деле, то как бы сильно он ни старался, у него не получится попасть в некий «золотой стандарт» хорошего родителя. Возникает чувство вины, что не дал чего-то своему ребенку, что мог бы (хотя на самом деле не мог).
Уверена, что у людей, которые страдают, что не дали детям какого-то особенного образования или какой-то очень модной одежды, такая позиция проявляется и в других отношениях с миром, в семье, дружбе, на работе. Как будто они постоянно не дотягивают до сотрудника мечты, до лучшей подруги, лучшей дочери или сына.
В этом смысле я придерживаюсь другой позиции. Все имеют право на ошибку. Чтобы быть хорошим родителем, достаточно быть хорошим человеком, действительно искренне любить своего ребенка, а не быть никогда не ошибающимся, никогда не устающим, всегда успешным и всегда все знающим. Честное, нормальное и здоровое отношение — вот чего хотят от нас дети.
Я поддерживаю родителей, которым непросто дается их отцовство и материнство. Нас не учат быть родителями. При этом это самая тяжелая работа на свете.
Вернемся к детоцентричному подходу. С одной стороны, это хорошо: детям создают условия для максимально эффективного развития. С другой стороны, у них отсутствует свобода выбора. В том смысле, что 30...40 лет назад жизнь ребенка не была так жестко регламентирована, и у большинства были примерно равные условия для образования. Дети могли, во-первых, выбирать, а во-вторых, присваивать собственный опыт успешности, потому что достижения были действительно их собственными.
Сейчас взрослые в силу собственной неуверенности стараются прыгнуть выше головы, превзойти самих себя и собственные ресурсы, чтобы быть хорошими родителями. Часто это происходит не для счастья ребенка, а чтобы успокоить собственную тревогу, которая постоянно сигнализирует: они все еще недостаточно идеальны.
Еще один момент. Чувство вины испытывают нередко именно хорошие родители, и нередко это связано с историей их собственной жизни. Это люди, которые были хорошими детьми, такими и остались.
Дело в том, что впервые человек сталкивается с чувством вины в 4...5 лет. В этом возрасте окружающий мир дает понять: от того, что и как он делает, зависит то, как к нему будут относиться. Этот страх потерять одобрение, ценные отношения является очень серьезным в жизни ребенка. И если он поддерживается социумом, это чувство останется с человеком навсегда.
Как правило, система воспитания и образования заинтересована в том, чтобы через такие тонкие манипуляции управлять нами всеми — не только детьми. Это стремление попасть в критерии «хорошести» становится ниточкой, с помощью которой общество управляет человеком, как марионеткой. Хорошая новость в том, что справляться с ним и обрезать эти самые ниточки можно при помощи специалистов или благодаря глубокой рефлексии.
Больше свежей информaции в ТГ-кaнaле ДК Самое важное о бизнесе региона в email-рассылкe А еще нас удобно читать ВКонтактеЧитайте по теме:
Олеся Волкова: Как постоянный стресс повлиял на психику в 2024 и как будет влиять в 2025?
Одна из тенденций уходящего года – большое число тревожных расстройств и депрессий. В конце декабря СМИ отметили, что проблемы с психическим здоровьем приобрели масштаб глобальной пандемии.
Измерить жизненную силу — вышел мартовский номер «ДК» в Красноярске
Красивый бизнес, путь до кассы и старт премии «Бизнес!Лидеры» — что почитать в мартовском номере ДК.
Новые «108+ родителей» от «Умки» в Красноярске: кто главные эксперты в 2025?
В апреле Красноярск вновь станет площадкой VI Международного форума семейных образовательных стратегий «108+ родителей», который объединяет родителей, детей, педагогов и экспертов в сфере воспитания.